Министру юстиции

Российской Федерации

Коновалову А.В.

 

 

Уважаемый Александр Владимирович!

Мы, благотворительные организации, входящие в Некоммерческое партнёрство Благотворительное собрание «Все Вместе», просим дать публичные официальные разъяснения относительно практики применения недавно вступивших в силу поправок к законодательству о некоммерческих организациях и общественных объединениях, известных также как «Закон об иностранных агентах» (121-ФЗ).

Поводом для нашего обращения послужило то, что недавно проверке подвергся целый ряд некоммерческих организаций, в том числе, экологической тематики, правозащитные, и даже благотворительные организации, такие как Региональная общественная организация «Помощь больным муковисцидозом», Региональная общественная организация инвалидов «Перспектива», благотворительный фонд «Лучшие друзья», образовательная организация Саранское православное духовное училище, заповедник «Муравьёвский парк устойчивого природопользования», Ярославское областное общество охотников и рыболовов и многие другие.

Все они получили предписание представить в срочном порядке отчётность в местные отделения Прокуратуры, в среднем срок предоставления всей отчетности за несколько лет работы организации был от одного до трех дней. В отдельные организации проверяющие приходили вместе с журналистами телеканала НТВ, устраивая из проверок шоу. А некоторые из них (например, РОО «Помощь больным муковисцидозом» и «Муравьёвский парк устойчивого природопользования») получили предупреждение о необходимости войти в реестр иностранных агентов, так как в их работе обнаружены признаки политической деятельности.

По словам представителей органа, производящего проверку, причина включения РОО «Помощь больным муковисцидозом» в реестр иностранных агентов в том, что в Уставе организации есть пункт, включающий в список видов деятельности Организации возможность «выступать с инициативой по различным вопросам общественной жизни, вносить предложения в органы государственной власти, представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов, а так же других граждан в органах государственной власти и органах местного самоуправления». В качестве иностранного источника финансирования был указан грант, полученный от российского фонда «Острова» при юридическом сопровождении фонда CAF, грант был использован на деятельность в области здравоохранения – запись и трансляцию серии обучающих вебинаров медицинской тематики для больных муковисцидозом. Таким образом, получение гранта на деятельность в области здравоохранения, фактически, стало причиной требования Истринской прокуратуры о регистрации в качестве иностранного агента РОО «Помощь больным муковисцидозом». По информации на момент написания письма Истринская прокуратура отозвала предупреждение, но расследование продолжила.

Вкупе с рядом нечётко или туманно прописанных в законе положений, ставит российские НКО в двусмысленное положение, по сути дела, указывая, что любая из них может быть названа иностранным агентом. И не потому, что она действительно действует в интересах другого государства, а по совершенно формальным признакам, действуя при этом в интересах исключительно своего государства и народа.

Поскольку закон никак не оговаривает размер и характер финансирования, необходимого для включения в реестр, нечеткость его формулировки и в этой части оставляет большой простор для произвола со стороны проверяющих органов. Даже покупка чего-либо за рубежом формально подпадает под определение «получение имущества от иностранной организации» — ведь закон не оговаривает возмездность или безвозмездность получения имущества, а также его целевой характер. Даже если деньги не были использованы вообще никаким образом – они всё равно формально являются финансированием из иностранного источника.

При этом, хотелось бы отметить, что, в большинстве случаев иностранное финансирование не является определяющим для НКО, составляя лишь небольшую долю его бюджета, и расходуется на уставные цели в областях, деятельность в которых из-под действия закона изъята. Почти все некоммерческие организации, которые собирают частные пожертвования, в первую очередь, на благотворительность, получают деньги или иное имущество, в том числе, из «иностранных источников». Люди могут поддержать любую организацию из любой точки земного шара, это нормальная практика сегодняшнего «открытого мира». Найти организацию, на счете которой нет ни одного рубля «из иностранных источников» из-за рубежа практически невозможно. Не говоря уже о том, что современные способы перечисления средств зачастую оставляют жертвователя и вовсе анонимным, а его гражданство невозможно установить даже по банковскому документу.

В тоже время, практически все некоммерческие организации, независимо от направления деятельности, имеют в своих уставах пункты, позволяющие им взаимодействовать с органами власти и влиять на политику в той социальной области, для работы в которой создавалась НКО. Более того, влияние на деятельность органов власти, донесение до властей голоса граждан, представительство граждан – прямая обязанность некоммерческих организаций в рамках гражданского общества, строящегося на диалоге власти и общества, а не на их взаимном отчуждении.

В близкой нам теме здравоохранения органы власти в лице профильного Министерства пошли навстречу обществу и недавно сформировали ряд рабочих групп по проблемным направлениям, пригласив в каждую группу представителей НКО из числа членов НП «Все Вместе». Но участие представителя НКО в рабочих группах Министерства здравоохранения Российской Федерации есть в самом прямом и открытом виде влияние на политику государства, на принимаемые государственным органом власти решения.

Руководство нашей страны постоянно заявляет о необходимости поддержки развития гражданского общества и общественного сектора и необходимости взаимодействия общества и власти. Таким образом, оказывается, что государство одной рукой приглашает некоммерческие организации к сотрудничеству, а другой – препятствует этому сотрудничеству, переводя принявших его приглашение НКО в статус иностранных агентов.

Термин «иностранный агент» несет однозначно негативную окраску, является, фактически, синонимом слова «шпион». Получается, что по неопределенным формальным признакам происходит обвинение общественного сектора в шпионаже против своей страны в интересах иностранного государства. Это серьезное обвинение, подрывающее доверие граждан к общественных организациям и объединениям.

Туманность формулировок закона приводит уже сегодня к существенным перегибам на местах. И, безусловно, будет приводить в дальнейшем, только к росту их масштабов, и существенному снижению как взаимного доверия как между НКО и государством, так и граждан к общественным объединениям, которые по непонятной причине названы шпионами.

Если события будут развиваться в текущей логике, большая часть НКО вынуждена будет зарегистрироваться как иностранные агенты или же прекратить свою работу. Регистрироваться придётся в первую очередь крупным и активным организациям, так все они так или иначе входят в имущественные отношения с иностранными источниками – получают пожертвования, и они же принимают участие в диалоге с властными структурами. Организации более мелкие будут массово сворачивать деятельность и закрываться, поскольку они окажутся не в состоянии нести возросший груз отчётности и оплату ежегодного аудита. В результате практически вся российская благотворительность, защита природы и правозащита окажутся промаркированы наименованием иностранного агента. Что, безусловно, ослабит, в том числе, их возможности для поиска финансирования в России (какой бизнесмен согласится поддерживать «иностранного агента?») Таким образом, это вынудит их либо прекратить свою общественно значимую и важную для получателя помощи работу, либо искать деньги исключительно за рубежом.

Имиджевые потери для государства в этом случае чрезвычайно велики: окажется, что не граждане России поддерживают друг друга, а иностранные агенты оплачивают лечение российским больным, защищают российских сирот, помогают ветеранам и вообще российским нуждающимся, а иностранные государства через своих агентов поддерживают культуру, искусство, оказание социальной, правовой и иной помощи гражданам нашей страны.

И, наконец, включение по формальным признакам в число агентов сделает сам статус «агента» бессмысленным, ибо он будет распространён на огромное количество организаций. И каким-то образом разграничить их от реально действующих в интересах других государств организаций по данному законодательству будет невозможно.

В связи с этим мы призываем Вас внести ясность в вопросы правоприменения закона об иностранных агентах, путём разъяснений как для инспектирующих органов, так и для широкой общественности, следующего момента:

— Как соотносятся между собой исключение ряда видов деятельности из-под действия закона и чрезвычайно широкое определение политической деятельности вообще? Работая «в области науки, культуры, искусства, здравоохранения, профилактики и охраны здоровья граждан, социальной поддержки и защиты граждан, защиты материнства и детства, социальной поддержки инвалидов, пропаганды здорового образа жизни, физической культуры и спорта, защиты растительного и животного мира, благотворительная деятельность, а также деятельность в области содействия благотворительности и добровольчества» НКО неизбежно взаимодействуют с обществом и органами власти и в обязательном порядке влияют на принимаемые ими решения в этих областях. Таким образом, закон содержит в себе противоречие, которое нуждается в разъяснении.

— Какова доля финансирования из иностранных источников НКО в её общем бюджете, по достижении которой необходимо включение в реестр? Является ли признаком агента возмездное поступление средств на счета НКО – покупка НКО чего-либо, оплата за оказанные некоммерческой организацией услуги? Является ли признаком агента ситуация, когда полученные из иностранных источников средства использована на исключённую из-под действия закона деятельность?

— Возможно ли уточнение определения политической деятельности? На настоящий момент определение таково, что под него подпадает любая активность НКО в общественном пространстве, ибо любое публичное действие влияет на общественное мнение и может быть расценено как политическая акция. Более того, в качестве политической деятельности расценивается сама по себе возможность взаимодействия с органами власти, как это произошло с РОО «Помощь больным муковисцидозом», даже не реальное влияние, а возможность. Таким образом указанное определение блокирует все пути взаимодействия НКО и государственных органов, сводя на нет инициативы по построению диалога между государством и обществом

Очень надеемся на Ваши разъяснения по обозначенным вопросам.

Приложения: на 1 листе.

Копия письма направлена Генеральному Прокурору Российской Федерации

 

Приложение 1. 

Список членов Некоммерческого Партнерства Благотворительное собрание «Все вместе», а также организаций, подписавших письмо.

 

Алиева Д. — председатель Благотворительного фонда «Настенька»

Бадикова И. — директор Благотворительного фонда помощи нуждающимся гражданам «Весна в сердце»

Белокрыльцева А. — директор АНО «Студио-Диалог»

Белановский Ю. — руководитель добровольческого движения «Даниловцы»

Береговая Е. — директор Общественного Фонда Владимира Смирнова

Бермант Е. — директор Благотворительного фонда «Детские сердца», директор Благотворительного собрания «Все вместе»

Берхин В. — президент Благотворительного фонд «Предание»

Глухова О. — президент Межрегионального Благотворительного Фонда «София»

Грачева Е., — координатор программ БФ «АдВита»

Долотова И. — координатор проектов РОО «Дорога в мир»

Елисеева М. — директор Художественного центра "Дети Марии"

Кожерева В. — президент Благотворительного фонда «Подсолнух»

Константинова Т. — директор Благотворительного фонда «Живой»

Краснова Т. — координатор Благотворительного сообщества «Конвертик для Бога»

Лихтина В. Консультант Благотворительного фонда «Жизнь как чудо»

Маркова Н. — директор «Добровольческое движение «Друзья на улице»

Милова Е. — исполнительный директор Благотворительного собрания «Все вместе»

Михайлова К. — директор Благотворительного фонда «Жизнь»

Нежельская С. — директор Благотворительного фонда «Помоги.Орг»

Олескина Е. — директор Благотворительного фонда «Старость в радость» 

Пинскер О. — директор фонда «Благотворительное общество «Адреса милосердия»

Родионова О. — директор Благотворительного фонда «Калин фонд» 

Семенова А. — директор Благотворительного фонда «Дети наши»

Смирнова Е. — директор Благотворительного фонда «Созидание»

Сонина М. — директор Благотворительного фонда «Тепло Сердец»

Тихомирова О. — директор Центра равных возможностей для детей-сирот «Вверх»

Тульчинская Т. — директор Благотворительного фонда «Здесь и сейчас»

Федермессер А. — президент фонда "Вера"

Хадеева М. — директор по развитию АНО «РОСТ»

Хромов В. — директор ассоциации «СВОД»

Черепанова А. — директор БФ «Галчонок»

Четверкина Н. — директор Благотворительного фонда «Жизнь как чудо»

Чистякова Е. — директор Благотворительного фонда «Подари жизнь»

 

Рубрики: Новости

0 комментариев

Добавить комментарий